Расплатившись с быстроногим извозчиком, направился в Запретный город, раньше недоступный для простых китайцев, так как там обитало августейшее семейство. Сегодня же достаточно выдержать строгий взгляд Мао, чей портрет висит над входом, и пройти сквозь полукруглые ворота. Три часа подряд я ходил по территории Гугуна, но, разумеется, так и не смог увидеть все 10 тыс. музейных помещений, в которых хранятся уникальные экспонаты. Зато вдоволь наелся каких-то удивительно вкусных пампушек со сладкой начинкой, что продаются здесь на каждом шагу.

Душа требовала пищи духовной, и я не смог устоять перед искушением посмотреть на пекинскую оперу. Это зрелище не похоже ни на что на свете! В зале лузгают семечки, бросают на пол шелуху и громко переговариваются друг с другом. На сцене царит какофония - музыканты палками выбивают дух из барабанов и колотят друг о друга медные гонги. А актеры голосят так громко, что хочется заткнуть уши. Образы намечены схематично: напыщенный вельможа, романтичный влюбленный, сентиментальная девушка. Если лицедей прыгает через табуретку, значит, он преодолевает гору. И все же в пекинской опере есть нечто завораживающее. К тому же я не мог оторвать взгляда от красочных костюмов - нарядов нации хань.

В Пекине официально зарегистрировано более 7 тыс. культурных памятников. Такой концентрации дворцов и усыпальниц, храмов и пагод, парков и садов в стране больше не найдешь.

В наши дни ханьские одежды можно увидеть только на сцене, зато представители прочих народностей огромного государства носят традиционную одежду и в повседневной жизни. Маньчжуры надевают стеганые халаты со стоячим воротником, монголы ходят в сапогах с загнутыми кверху носами, тибетцы облачаются в длиннополые кафтаны, ачаны не расстаются с серебряными кинжалами, а уйгуры красуются в расшитых бисером тюбетейках. Еще недавно, чтобы увидеть эту экзотику, нужно было объехать всю страну. А сейчас в Пекине действует Парк национальностей - огромный этнографический музей под открытым небом.